Не взяли ли христиане историю Иисуса из древних языческих легенд о героях или «умирающих и воскресающих богах»? Это одно из древнейших возражений против воскресения Иисуса. Еще во II веке философ по имени Цельс сравнивал воскресение Христа с загадочным исчезновением и возвращением известного поэта1. В новейшей версии этой критики один автор утверждал, что истории об Иисусе настолько похожи на предания о египетском боге Горе, что первые христиане якобы просто скопировали идею воскресения из Египта2. Так могла ли ранняя церковь придумать рассказ о воскресении, основываясь на подобных мифах?
В первый год моего обучения в колледже, когда я глубоко сомневался в вере, именно этот вопрос преследовал меня больше всего. Сегодня же тема «языческих параллелей» вообще не вызывает у меня тревоги. Вот почему. Во-первых, даже если некоторые параллели между мифами и рассказом о воскресении Иисуса существуют, это еще не означает, что само воскресение следует считать выдумкой. Такие сходства могут быть, как заметил К. С. Льюис много лет назад, выражением глубинной человеческой тоски по искуплению и новой жизни3.
Во-вторых, сами эти «параллели» — очень сомнительны. Если внимательно проанализировать древние источники и артефакты, то окажется, что они совсем не так уж и похожи, как утверждают скептики. Хотя многие утверждают, что боги вроде Гора были распяты и воскресли, ни один текст дохристианской эпохи не описывает ничего подобного. Например, известный сюжет египтян о Горе изображает, как его ужалило ядовитое создание, а затем оживила мать Исида и бог Луны — совершенно иная история, и уж никак не распятие и воскресение4. Другие мифы также имеют свои «пробелы» при детальном анализе. Даже в тех нескольких случаях, где упоминается духовная смерть и возвращение божества, эти истории, как правило, были метафорами о смене времен года, когда после зимы поля снова становятся плодородными весной. Но первые христиане никогда не утверждали, что Иисус воскрес в каком-то духовном или метафорическом смысле. Если бы они рассказывали что-то подобное об Иисусе в первом веке, это не вызвало бы никакого сопротивления и быстро было бы забыто, потому что в таком изложении не было ничего необычного.
Но ранние тексты рассказывают нечто гораздо более радикальное: Иисус изображен как Бог и человек, рожденный в Вифлееме во время правления кесаря Августа (Лк. 2:1-7), в семье, где были известные впоследствии в церквях Его братья и сестры (Рим. 1:3; 9:5; 1 Кор. 9:5; 15:5). Первые христиане верили, что та же плоть Иисуса, которая пришла в мир через утробу Марии, умерла и воскресла в реальной истории (Рим. 6:10; Гал. 1:1; 4:4; 1 Петр. 3:18). И это воскресение было не просто духовным явлением — это было тело, которое могло есть рыбу, готовить завтрак и быть тронутым дрожащими пальцами учеников (Лк. 24:42-43; Иоан. 20:17; 21:9). Это совсем не было похоже на призрака Оби-Вана Кеноби, который явился Люку Скайуокеру в «Звездных войнах». Это больше похоже на историю Гэндальфа, который вернулся в теле, после того как «погрузился во тьму вне мысли и времени» во «Властелине колец» — но с одной разницей: в отличие от Толкина, первые христиане не пытались написать художественный вымысел5.
В отличие от метафорических возвращений умирающих и воскресающих богов, воскресение, описанное христианами, было «одноразовым историческим событием, произошедшим в одной конкретной точке земной топографии», «не связанным с сезонными изменениями»6. Поэтому маловероятно, что христиане могли позаимствовать эту идею воскресения из историй о сезонных циклах умирающих и воскресающих богов.
Если умирающие и воскресающие боги, не могут объяснить воскресение, то как насчет героических подвигов, описанных в античных романах и пьесах, с их героями и героинями, которые чудесным образом обманывали смерть? Могло ли воскресение Христа быть заимствовано из таких историй? Это правда, что герои древних сказок часто находили способы сбежать из царства мертвых. Например, в рассказе драматурга Еврипида Геракл вызвал на поединок смерть и вернул к жизни женщину7. Однако те, кто видел такие истории на сцене, никогда не предполагали, что физическое воскресение может произойти на самом деле8. Платон и некоторые другие авторы считали, что души и звезды имеют общую природу, — мысль, неожиданно ожившая в песне «I’m a Star» из анимационного фильма «Заветное желание» от Disney. Из-за распространенной веры в общее происхождение душ и звезд, вознесение добродетельных душ к звездам было распространенной темой. Однако астральное вознесение сильно отличается от телесного воскресения9.
Многие люди в первом веке верили, что их души могут пережить свои эпитафии и даже подняться на небеса, но телесное воскресение не было вариантом, который древние римляне серьезно рассматривали. В сознании большинства из них тело могло дарить удовольствие и славу, находясь на земле. Однако, избавившись от тела, никто не хотел бы вернуть его или нечто подобное ему10. Души могли восходить в Гадес или возноситься к звездам, но одно они точно не делали — не возвращались во плоти на землю.
Примечания
1. Origen of Alexandria, Contra Celsum: Libri VIII, ed. Miroslav Marcovich (Boston: Brill, 2001), 3.26–27.
2. Tom Harpur, The Pagan Christ: Recovering the Lost Light (New York: Walker, 2004), 84.
3. C. S. Lewis, God in the Dock (Grand Rapids, MI: Eerdmans, 1970), 58–60.
4. Emily Teeter, Religion and Ritual in Ancient Egypt (Cambridge, UK: Cambridge University Press, 2011), 175.
5. J. R. R. Tolkien, The Two Towers, pt. 2 of The Lord of the Rings, 1 vol. ed. (New York: Houghton Mifflin, 1994), 484, 490–91.
6. Tryggve N. D. Mettinger, The Riddle of Resurrection: “Dying and Rising Gods” in the Ancient Near East (University Park, PA: Eisenbrauns, 2013), 221.
7. Euripides, “Alcestis,” in Cyclops. Alcestis. Medea, ed. and trans. David Kovacs (Cambridge, MA: Harvard University Press, 1994), 1123–58. Некоторые считали, что поэт Аристей явился снова после таинственного исчезновения, но некоторые из его явлений были разделены веками, а его более поздние явления никогда не имели четко выраженного физического облика. See Herodotus, The Persian Wars: Books 3–4, trans. A. D. Godley (Cambridge, MA: Harvard University Press, 1921), 4.13–15.
8. Origen, Contra Celsum 2.55.
9. Plato, “Timaeus,” in Timaeus. Critias. Cleitophon. Menexenus. Epistles (Cambridge, MA: Harvard University Press, 1929), 41d–e. See also Cicero, “De Re Publica,” in On the Republic. On the Laws, trans. Clinton W. Keyes (Cambridge, MA: Harvard University Press, 1928), 6.15–16.
10. N. T. Wright, The Resurrection of the Son of God (Minneapolis: Fortress, 2003), 60.
— Тимоти Пол Джонс — вице-президент по докторским исследованиям, профессор христианского семейного служения, заведующий кафедрой апологетики, этики и философии Южной баптистской богословской семинарии. Джонс является автором многочисленных книг, среди которых «How We Got the Bible» и «In Church as It Is in Heaven». Он также служит пастором-проповедником в церкви Sojourn Church Midtown в Луисвилле, штат Кентукки, и является соведущим «The Apologetics Podcast».
Отрывок из книги «Did the Resurrection Really Happen?»Тимоти Пола Джонса (Crossway, 2025). Использовано с разрешения.
Вся христианская вера стоит на убеждении, что Иисус из Назарета воскрес из мертвых. Если гробница не была пустой, то и вера христиан — пуста. Но как мы можем быть уверены, что воскресение действительно произошло?
В этой лаконичной брошюре автор Тимоти Пол Джонс отвечает на сомнения и вопросы, которые возникают относительно воскресения Иисуса, описанного в Новом Завете. Джонс убедительно доказывает, что это не миф, заимствованный из языческих легенд, и не выдумка, созданная для того, чтобы оправдать еврейские ожидания. Это было реальное историческое событие, подтвержденное серьезными свидетельствами — в частности свидетельствами мужчин и женщин, которые были готовы отдать жизнь за то, что видели собственными глазами.
С уважением обращаясь к тем, кто сомневается, Джонс предоставляет убедительные аргументы в пользу воскресения. Кроме того, он показывает, почему воскресение имеет значение для верующих и сегодня.
